Как жить вместе? Взгляд из центра города в самом сердце острова Евразия.

Шестая Московская биеннале современного искусства изменила свою структуру. Первые десять дней выставки были посвящены «событийной» части, в которую вошли обширная дискуссионная и перформативная программы. Вторая, «экспозиционная», часть проходила в течение следующего месяца и представляла работы художников, созданные по итогам «событийной» части биеннале. Основной проект выставки располагался на ВДНХ: в Центральном павильоне проходили публичные дискуссии и мастер-классы с участием российских и зарубежных представителей сферы искусства, а также известных учёных и общественных деятелей.

Биеннале: 22 сентября -- 1 октября 2015

Выставка-документация биеннале: 3 октября -- 11 октября 2015

 

800px luc tuymans 01

Tuymans, Luc

°1958
Born in Antwerp, BE
Based in Antwerp, BE

Начиная с 1970-х гг множество раз заявляли, что живопись как искусство уже умерла. Однако бельгийский художник Люк Тейманс стал человеком, который вдохнул новую жизнь в живопись во Фландрии. Его первая выставка состоялась в 1988 году, спустя целых десять лет с момента создания его первых работ, потому что, по его собственным словам, он хотел быть более-менее уверен, что готов. И все же работы Тейманса говорят о «беспомощности» живописи, которая, парадоксальным образом, так же является источником ее силы. Избирательная смутность наших воспоминаний также частично определяет стилистические характеристики его картин. Они, как правило, скромного формата, зачастую выполнены в бледных, приглушенных, рассеянных тонах и характеризуются сильно упрощенным фигуративным отсутствием визуальной «детализированности». Важными источниками вдохновения для Тейманса становятся как личностная, так и общественная память/прошлое, особенно связанная с военным временем. Нам предоставляется визуальный материал об этом периоде, с которым он обращается очень осторожно и который комментирует в своих работах. Более того, его работы остаются незабываемыми благодаря медиуму пленки и его экспериментам с ним, он связывает это с механизмом памяти: пленка представляется нам как застывшая картинка, а живопись стимулирует нас преобразовывать изображения в движении. Тейманс продолжает играть с понятием того, что значение важнее изображения. Вот почему в последние годы, помимо военной тематики, он поднимает различные другие «нагруженные» темы, например, библейские сюжеты, национализм, нетолерантность и жестокость.

Часть практик Тейманса связана с созданием картин «на месте», чаще всего для временных ситуаций и, таким образом, оказывающихся вне рыночной системы, которые выполняются в большом масштабе, причем Тейманс остается единственным художником, а остальные художники ассистируют ему в ходе реализации работы в качестве «взгляда со стороны». В Москве создание временной картины произошло в центральном павильоне ВДНХ. Это вариация на тему его собственной работы «Молящийся» (‘The Worshipper’), изображение клирика неопределенного вероисповедания, вовлеченного в двусмысленную церемонию.

Credits ©image: Marc Wathieu

Предметы
The Worshipper
Пункт подробности
The Worshipper, 2015
Painting

Люка Тейманса отличает довольно специфический способ привлекать ассистентов к работе над масштабными настенными росписями-картинами, которые создают непосредственно на площадке будущей экспозиции. Многие художники, в том числе и живописцы, нанимают помощников, которые выполняют за них часть работы. Питер Пауль Рубенс, антверпенский художник эпохи барокко, даже разработал для своих картин четыре ценовых категории, в зависимости от количества труда, который он лично вложил в их создание. В случае Тейманса дело обстоит несколько иначе: картину он пишет сам, однако роль его помощников, которые и сами по себе являются состоявшимися художниками, не менее важна. Их функция в том, чтобы служить живописцу дополнительными глазами. Стоя в определенных местах, ассистенты могут направлять автора и что-то ему подсказывать, так что в итоге работа создается под внимательным взглядом многих глаз, смотрящих на картину с разного расстояния и под разным углом. Таким образом решаются самые разные проблемы изобразительного характера: степень единообразия различных фрагментов зеленого фона или игра пурпурных оттенков на платье изображенной фигуры. 

Как всегда бывает с Теймансом, все внимание художника сосредоточено не на том, “что еще можно сделать”, а на том, “как сделать меньше и добиться большего эффекта”. Центральный элемент картины - рука. Она сохраняет белизну грунтового слоя: это всего лишь абрис формы, неоднозначного и загадочного жеста, который, кажется, пытается что-то выразить.

Люк Тейманс  - художник, который неустанно исследует переплетение изображения и присутствия. Он не изобретает образы, но интерпретирует и располагает их таким образом, что они приобретают специфическую глубину, балансируют между предметностью и живописностью. Образы, служащие отправной точкой его работ, зачастую сначала подвергаются разрушению с помощью промежуточного изображения. Было время, когда Тейманс просто делал снимки образов, с которыми собирался работать, на Polaroid и затем использовал их в качестве основы для своих картин. Искажения, порожденные низким качеством фотографий, влияли на конечный результат ничуть не меньше, чем изначальный образ.

В данном случае в основу картины легла некачественная репродукция собственной работы Тейманса 2004 года под названием “Молящийся”, которая некогда была отпечатана трафаретным способом. Тираж был сделан к выходу специального издания монографии Тейманса в издательстве Phaidon Press. Работа, созданная художником в Москве, обрезана по сравнению с более ранними версиями “Молящегося”: например исчезла рождественская елка, которая раньше виднелась на картине справа. Из-за этого изображение имеет непривычный формат, полотно получилось чуть более узким - или, можно сказать, пропорционально более вытянутым  - чем обычно. Из-за этого оно может напоминать фрагмент алтарной росписи в какой-нибудь католической церкви. 

Фигура священника, принадлежащего к определенной конфессии, теперь возвышается обособленно - растворенная в собственном сиянии, исчезающая внутри контура. Четко видна лишь рука, протянутая к белоснежному пространству окружающей стены - или внешнего мира. Сначала, до того как войти в зал через огромную арку, посетители видят лишь нижнюю часть и руку изображенного на полотне священника. По мере при приближения становятся видны голова и плечи фигуры, вознесшейся над театром и похожим на шатер павильоном, где расположился “Египетский музей” Кости Звездочетова. Связь между предметной составляющей “Молящегося” и господством Русской православной церкви с ее патриархом, кажется, лежит на поверхности - однако эту работу можно связать с религией и совершенно иным образом: уже не с доминирующим присутствием церкви, а с ее духовным присутствием, неуловимым и исчезающим.

Я поделился с одним из волонтеров биеннале, Дарьей Лиховицкой, своим ощущением, что картина создает сильное чувство места - то же самое в свое время я мог бы сказать о фигуративной работе Казимира Малевича, выставлявшейся в Центре Помпиду и казавшейся мне центром Парижа. Она ответила: возможно, это объясняется тем, что картина позволяет зрителям получить личный, индивидуальный опыт, и поэтому люди ее запоминают. И это правда: работу Тейманса можно пережить в полной мере, лишь увидев вживую. Когда зритель приближается к нижней части полотна, образ открывается его взгляду, складываясь из точных и довольно решительных мазков кисти. 

Возможно, именно характер мазка и создал у меня ощущение связи между работой Тейманса и Малевичем. В художественных пространствах обоих художников мазок свидетельствует не о художнике, создающем произведение искусства, а об отстраненности, выражающей ответственность  - ответственность перед образом, который должен быть воплощен. [Барт Де Баре]